Любовные романы

Барбара Картленд: Выше звезд

***

Несколько минут в комнате царило неприязненное молчание, и наконец Руфус Ланг сообщил:

- Я уеду в Лондон сегодня же вечером, если здесь есть хоть один вечерний поезд, если же нет - то завтра утром.

Он замолчал. Взглянул на графа, затем на кузину.

- Если, Люпита, ты выгонишь меня к чертям собачьим или отправишь к назойливым кредиторам, то перед этим по крайней мере угости меня хорошим обедом. Я все-таки твой кузен. Этот обед, возможно, будет последним - я не наслаждался хорошей едой уже очень давно.

Люпита не знала, что ответить, а граф сказал:

- Прекрасно. Вы можете переночевать здесь, но с условием, что вы покинете этот дом немедленно после завтрака... Если вы поступите таким образом, ядам вам достаточно денег, чтобы доехать до Лондона, а также обзавестись там приличным временным жильем, ежели сейчас у вас в Лондоне ничего нет.

- Очень вам признателен, благодарю и обещаю выполнить ваше условие.

Все мы в жизни совершаем ошибки, а я наделал их много, и очень серьезных, - откровенничал Руфус.

Его слова звучали как покаяние, и Люпита решила, что было бы жестоко не разрешить ему воспользоваться тем, о чем он сейчас просит. А граф проявил большую щедрость, предложив ему финансовую помощь.

Посчитав для себя неприличным оставаться здесь при разговоре Руфуса с графом, она направилась к выходу.

Руфус открыл дверь и, пропустив Люпиту, сказал, понизив голос:

- Прости меня, Люпита, я знаю, что свалял дурака, но я тогда был в совершенном отчаянии!

- Мне очень жаль, - сухо ответила девушка.

Она не желала больше разговаривать с ним. Если она позволит Руфусу остаться еще и на обед, подумалось ей, для нее это будет испорченный вечер.

Однако она не видела никакой возможности отказать ему.

Граф думал так же. Он не мог не испытывать жалость к молодому человеку, который так нелепо промотал свое состояние, играя в азартные игры.

Граф решил дать ему несколько сотен фунтов, надеясь, что это позволит избавиться от него.

Люпита напрасно боялась обеда в его обществе - трапеза прошла по-домашнему непринужденно и комфортно.

Не зная всего о Руфусе Ланге, графиня Дауджерская была им очарована.

Он сыпал комплименты, шутил и старался казаться приятным во всех отношениях собеседником.

Он рассказывал разные смешные истории, беседовал с графом по поводу породистых лошадей, в чем, видимо, хорошо разбирался, общался с Джерри, как со взрослым, что доставляло мальчику особое удовольствие.

Джерри позволили обедать вместе со всеми, потому что из-за Руфуса перенесли обед на более раннее время.

После обеда оба джентльмена еще оставались в столовой соответственно их положению, а Люпита отвела Джерри в его комнату наверх, где его дожидался Брэкли.

- Завтра мы поедем кататься верхом, и граф сможет увидеть тебя на Самбо, - пообещала Люпита.

- Я знаю. Он говорил мне перед обедом, что Самбо - очень хорошая лошадка. Я сказал графу, что буду состязаться с ним в верховой езде, если он поедет на одной из папиных лошадей, - заявил Джерри.

- Боюсь, что граф выиграет, - улыбаясь, предупредила брата Люпита.

- Не выиграет, если даст мне дополнительное время на старте.

- Конечно, он так и сделает, и ты его обгонишь!

- Как интересно быть дома! Надеюсь, граф еще долго пробудет с нами здесь, - сказал Джерри, ложась в постель. - Он так много знает о лошадях!

Люпита согласилась. Она пожелала ему спокойной ночи, поцеловала, а затем спустилась в гостиную, где граф, Руфус и графиня Дауджерская мирно беседовали.

Люпита присоединилась к ним.

- Твой брат доволен, что он дома? - спросил граф.

- Он уверен, что будет с вами состязаться в верховой езде. Он поедет на Самбо, а вы задержитесь немного на старте - тогда он выиграет.

Граф засмеялся.

- Конечно, я так и сделаю. Но мне кажется. Самбо великоват для такого маленького мальчика.

- Я то же самое пыталась внушить Джерри. Но Самбо все-таки хорошо тренирован, объезжен и приучен к послушанию. Джерри ничего не угрожает, если он поедет на нем.

- Если он такой же хороший наездник, как его отец, думаю, нет причин для беспокойства, - подтвердил граф.

И тут Люпита вспомнила все козни Руфуса. Даже один взгляд на него заставил ее трепетать от страха. Но Руфус уедет, и нечего беспокоиться.

"Джерри никогда ничего... не должен знать..." - подумала она.

Граф предложил бабушке пораньше лечь спать. Он проводил ее наверх в половине одиннадцатого, и Люпита пошла с ними. Она не хотела оставаться наедине с кузеном Руфусом.

- Я тоже собираюсь лечь. Поэтому желаю всем доброй ночи.

- Спокойной ночи, Люпита, - сказал Руфус. - И прощай!

Она не ответила. Она чувствована некоторую неловкость из-за того, что так рада его скорому отъезду и желанию больше никогда его не видеть.

Она надеялась, Руфус, уехав, будет опасаться, что граф когда-нибудь вернется в Вуд-Холл.

"Мы спасены!.. Мы спасены!.. И все благодаря графу", - шептала она, ложась спать.

И вдруг ощутила острый приступ страха: когда граф вернется в Лондон, он утратит к ним всякий интерес. Но в то же время была уверена, что если с ними случится какое-нибудь несчастье, она всегда сможет позвать его на помощь.

"Я... это сделаю, я так хочу... Как трудно будет жить, не видя его и не слыша его голоса!.."



Граф еще побеседовал с Руфусом о лошадях, а затем сказал, что тоже идет спать.

- Я всю эту неделю поздно ложился, - объяснил граф, - и сегодня хочу выспаться.

Он подумал, что его уход насторожит Руфуса и покажется ему недоброжелательным.

Совершенно очевидно, что Руфус проснется, озабоченный своими долгами.

"Он должен наконец научиться стоять на собственных ногах, - подумал граф. - Но все же я дам ему определенную сумму и помогу ради благополучия детей".

Камердинер ждал его, и граф сказал:

- Я должен написать письмо моим поверенным. Не жди меня. Я сам приготовлюсь ко сну.

- Ваше сиятельство, вы уверены, что сможете сделать все как надо? - осведомился камердинер, Граф знал, что Доукинс - единственное веселое существо в доме, и улыбнулся.

- Доукинс, позови меня в восемь часов.

***

<<< НАЗАД ===== ДАЛЕЕ >>>