Любовные романы

Арина

***

— У вас есть газовый ключ? — спросил я.

Этот вопрос вновь погрузил воспрянувшую было незнакомку в уныние.

— А как он выглядит?

— Большой загнутый вбок ключ, немного похожий на плоскогубцы. Его носят с собой водопроводчики.

Девушка наморщила лоб и вдруг обрадованно воскликнула:

— Ага, знаю! Кажется, у меня такой был!

Пока она рылась в багажнике в поисках ключа, я разглядел на заднем стекле “Опеля” два треугольника с буквами "У", и мне все стало ясно.

Девушка стояла, наклонившись, и мне хорошо виден был ее туго обтянутый джинсами зад. Я хорошо знаю, что такое вожделение и что значит жгуче, до ряби в глазах желать женщину, но клянусь, что в тот момент во мне не было вожделения, а было что-то другое, удивлявшее меня самого. Даже охотничий азарт, бывший вначале, вдруг пропал. Хотя ничего еще не было ни сказано, ни сделано, мне показалось, между нами натягивается тугая пульсирующая струна и боялся, что она вдруг лопнет.

Наконец она выпрямилась и с торжеством протянула мне газовый ключ.

— Я всегда вожу с собой все инструменты, хотя и не знаю, зачем они, — сказала она виновато.

Я взял газовый ключ, плотно затянул его вокруг секретного болта и, с силой потянув вниз, попытался провернуть. Дважды ключ соскальзывал, но в третий раз мне удалось подцепить болт и провернуть его с усилием на пол-оборота. Потом ключ снова соскочил, но я уже знал, что нахожусь на пути к успеху. Еще одна попытка, и болт звякнул об асфальт.

После этого я быстро и без всяких хлопот поменял колесо на запаску.

— Готово, можно ехать. На днях вам нужно будет заехать в сервис, свинтить все секретки и поменять их на новые, — натянуто улыбнувшись, я стащил перчатки и бросил их в багажник.

Девушка, стоя рядом, с искренней благодарностью смотрела на меня и, видно, не знала, что теперь нужно делать и говорить. Еще несколько минут назад мы были объединены общим делом, а теперь, когда дело было сделано, вдруг сразу стали чужими. Я видел, что незнакомку тоже, как и меня, тяготит эта мысль, и мне вдруг захотелось взять гвоздь, и один за другим проколоть все шины ее дряхлой колымаги.

— Как вы его... ухватили. Я и не думала, что так можно... Спасибо, что выручили... Я правда... очень вам признательна... Хотите, я вам...

Она нерешительно достала кошелек, открыла его и потянула из него край пятидесятирублевой купюры. Я нахмурился и, не заметив, раздавил в ладони полупустую сигаретную пачку.

— Я похож на человека, который ждет, пока ему заплатят?

Девушка взглянула на меня и смутилась.

— Нет, не похожи, — честно ответила она, пряча кошелек.

Она повернулась, подошла к водительской дверце, открыла ее и села в машину. Я молчал и не пытался ее удержать. Мне снова пришла мысль о струне. Хотелось понять, чувствует ли она ее или эта струна натянута только с моего края? Как истукан, я стоял на мостовой, сминал пачку сигарет и смотрел, как отъезжает ее машина.

С горечью подумав, что все закончилось, не успев и начаться, я хотел перейти улицу, как вдруг услышал, что мне сигналят. Не доехав до перекрестка, она развернулась и теперь выглядывала из полуопущенного стекла.

— Я ощутила себя неблагодарной свиньей. Давайте я вас подвезу. Вы где живете? — спросила она.

Я засмеялся, зная, что это струна вернула ее ко мне. Когда она отъехала на своей машинке слишком далеко, струна вдруг натянулась, как резинка, и вернула ее мне. Она была прочная, стальная и в то же время гибкая, наша струна, и ее почти невозможным казалось разорвать. В одну секунду ко мне вернулась вся утраченная легкость.

***

<<< НАЗАД ===== ДАЛЕЕ >>>